Все туристы считают своим долгом запечатлеть себя в центре площади Piazza della Transalpina

Об истории городов Gorizia (Италия) и Nova Gorica (Словения) я уже рассказывал ранее, теперь мы можем пройти вдоль несуществующей границы, которая на полвека разделила “железным” занавесом народы, живущие здесь. Итак, в 1947-м году город Горизия был разделен границей, которая прошла по площади Piazza della Transalpina, словенская часть которой получила название Evropski trg (Европейская площадь). Железнодорожный вокзал перед этой площадью остался в Словении, однако движение поездов здесь началось только через тринадцать лет, так как все старые пути вели в Рим, т.е., в Италию, а новые социалистические рельсы еще не были проложены. Поэтому мы начнем прогулку вдоль несуществующей границы, именно с вокзала Нова-Горице (Železniška postaja Nova Gorica, или на итальянском – Stazione di Nova Gorica) 

Через здание вокзала выходим на перрон

Как и в других пограничных словенских городках, все надписи в обязательно порядке должны быть продублированы на итальянском (либо венгерском) языках

В ожидании поезда на перроне можно выпить прохладный апероль или чашечку эспрессо

Этот паровоз уже никуда не поедет

Сквозь прохладный зал ожидания снова выходим на площадь, в центре которой была граница

Памятный знак в центре площади Piazza della Transalpina (Evropski trg)

Стелла, на которой изображена граница

Вид на границу со стороны Словении

Вид на границу со стороны Италии

Бесплатный паркинг на площади. Слева машины стоят в Италии, справа – в Словении.

От площади я ухожу влево, где в 300 метрах находится автомобильный пограничный переход.

Забор на границе оставили, прежде всего, как память о временах, когда город был разделен “железным” занавесом

Старые надписи на стенах домов

Вид на автомобильный переход в Италию из Словении

Для того, чтобы лучше рассмотреть автомобильный переход в Италию, я снова вышел в Словению. Особенно много через него проезжает велосипедистов, для которых существует специальная дорожка. Кстати, года три-четыре назад Италия в связи с проведением, кажется, футбольного чемпионата, на месяц вышла из Шенгена. На это время итальянские пограничники снова вернулись на границу и выборочно проверяли документы у тех, кто пересекал границу. Правда, делали они это очень неохотно, с перерывом на сиесту.

Снова иду в Италию, прохожу мимо заброшенной будки, в которой еще не так давно работали словенские пограничники.

В это окошко еще недавно нужно было просунуть свой паспорт, чтобы словенский пограничник мог проверить документы

Здесь проходит граница Италия-Словения

Этот итальянский дом стоит на самой границе Словении

Здесь начинается Италия

Памятка автомобилисту. Часто только по этим щитам теперь можно понять, где именно проходят границы стран Европы

Закончилось мое свободное время, я возвращаюсь к вокзалу, где в тени здания оставил свою машину.

Автобусная остановка в Италии

Схема движения автобуса в Горизии

Вокзал – так его видно из Италии

На площади iazza della Transalpina заканчивается моя прогулка вдоль границы

Вот и подошла к концу моя прогулка вдоль несуществующей границы, которая когда-то разделила этот город. Мне пора ехать домой. Навигатор в iPhone подсказывает, что до Изолы мне проще будет добраться по скоростной дороге через Триест, хотя для этого нужно будет заплатить дорожный сбор в размере 1,5 евро. Это отвечает моим планам, ведь я смогу заехать в Torri d’Europa, чтобы купить на ужин свежей рыбы.

Все-таки, как это здорово, что в Европе не осталось границ!

Читайте также: Триест, граница, которой уже нет 

Граница разделила город Gorizia на полвека

Сегодня я хочу рассказать об итало-словенском городке Gorizia-Nova Gorica, судьба которого, как и его жителей, почти на полвека определила граница. В этом году я несколько раз приезжал по работе в Нова-Горицу, однако из-за постоянного цейтнота, мне не удавалось даже сделать столь привычный для меня check-in в Foursquare, не говоря о том, чтобы хотя бы полчаса побродить по улицам этого разделенного города. Но на прошлой неделе у меня было больше свободного времени, поэтому я оставил машину у главного вокзала (Словения), взял с собой фотоаппарат и полчаса побродил в окрестностях площади Piazza della Transalpina, которая стала одним из важных символов разделенной Европы. Но обо всем по-порядку.

Вокзал в Горизии был открыт летом 1906 года. Железная дорога связывала Триест и столицу Империи – Вену

Как известно, в конце Первой мировой войны Италия аннексировала часть территорий, которые ранее принадлежали несуществующей уже к тому моменту Австро-Венгерской империи (см. по теме – Паспорт Австрии). Итальянским стал и городок Горизия, в котором большое число жителей говорило на словенском языке. Для них присоединение к Италии не вызвало никаких проблем, так как здесь столетиями мирно жили представители многих народов Европы. Заметим, что именно здесь, в крипте церкви Благовещения похоронен последний французский король из династии Бурбонов Карл Х, который нашел в Горизии своеобразное политическое убежище для себя и членов своей семьи во время революции 1830-го года.

Свободная зона Триеста просуществовала с 1947 по 1954 год

Спокойная жизнь в провинции Горизия продолжалась до прихода к власти итальянских фашистов, которые предприняли ряд дискриминационных мер против словенцев, в том числе, запрет на публичное использование словенского языка. В конце Второй мировой войны провинцию Горизия контролировали уже югославские партизаны, потом власть перешла к войскам союзников, которые взяли под свой контроль свободную зону Триест (судьба ее была решена только в 1954 году, когда город перешел к Италии, а прилегающие территории – к Югославии), а также и этот спорный осколочек некогда великой Империи. И только после 1947 года, когда был подписан Парижский мирный договор, город Горизия отошел к Италии, а большая часть его окрестностей, в том числе, железнодорожный вокзал стоявший на восточной окраине города, был взят под контроль социалистической Республикой Югославия.

На долгие годы площадь перед пустым вокзалом контролировали югославские пограничники

Примерно десятая часть словенцев, живших в этих местах, осталась в Италии. Оставшихся в “коммунистическом рае” нужно было где-то селить, поэтому в 1948-м году власти Югославии предприняли грандиозный проект по строительству в непосредственной близости от итальянской границы нового города, который так и назвали Нова-Горица (статус города был официально получен только в 1952-м году). Однако, чтобы уберечь словенцев от соблазна уехать к своим родственникам на Запад, югославы на границе натянули колючую проволоку, которая почти на полвека отрезала Нову-Горицу от Европы.

Здесь, на площади Piazza della Transalpina заканчивалась свободная Европа

Наш Тито – эта надпись должна была прославить торжество коммунизма в Югославии

Чтобы показать свое могущество Иосиф Броз Тито приказал на горе, прилегающей к Италии, увековечить свое имя. Итальянцы не остались в долгу и в том же стиле написали название своей страны, недоступной для тех, кто жил за “железным занавесом”.

Надпись “Италия”. Красная полоса – граница с Югославией

Однако, к счастью для местных жителей, коммунистический режим СФРЮ не был столь суров, как, например, в СССР, поэтому понемногу, жизнь в этих местах начинала возвращаться в цивилизованное русло.

Сейчас в это трудно поверить, но еще не так давно относительно свободно можно было передвигаться только внутри площади Piazza della Transalpina

Несмотря на жесткий пограничный контроль, который с годами стал ослабевать, жители этих двух городов стали чаще ездить друг к другу. Словенцы к своим итальянским соседям переходили через пограничный переход за джинсами, итальянцы ездили в Нову-Горицу за дешевым автомобильным топливом.

После вступления Словении в ЕЭС, граница, почти полвека разделявшая город, начала исчезать

Окончательно пограничные укрепления исчезли в 2004-м году, когда Словения вступила в Европейский союз, а еще через три года окончательно исчез таможенный и паспортный контроль, так как Республика Словения вошла в Шенгенский союз, после чего Gorizia и Nova Gorica снова стали единым европейским городом.

Небольшой фоторепортаж о моей прогулке вдоль несуществующей границы смотрите здесь.

Граница Хорватия – Босния

Хорватия стала 28-м членом ЕЭС и приняла на себя обязанности по охране самой протяженной внешней границы европейского союза длиной более 1300 км. Хорватия граничит со странами, которые не входят в состав ЕЭС: Сербией, Боснией и Черногорией. Именно в этом регионе из Турции в направлении Европы проходит “балканская дорога”, где организованные преступные группы незаконно перевозят нелегальных иммигрантов, наркотики, оружие. Пограничная полиция Хорватии получила инфракрасные бинокли и тепловизоры.

На пограничном переходе Карасовицы, который находится на южной границе Хорватии, полицейский чиновник Стане Урловичова, глядя в сторону близкой Черногории делится своими опасениями: «Больше всего у нас проблем с наркотиками и нелегальными иммигрантами».  Только с начала года в Хорватии было задержано 6500 нелегальных иммигрантов, которые планировали попасть в страны Западной Европы. В первую очередь, речь идет о выходцах из Афганистана, Сирии, Турции, Албании, Сомали и Алжира. Нелегальный иммигрант – это, как правило, мужчина старше 20 лет. Однако, среди задержанных в нескольких сотнях метров от пограничного перехода Карасовицы были и семейные пары с детьми. Все они были после оформления необходимых процедур депортированы в Черногорию.

Стане Урловичова  вспоминает курьезные случаи попытки нелегального перехода границы Европейского союза, которые были зафиксированы в этом году. «Одного нелегала мы нашли в большом чемодане, который решил проверить наш таможенник. Другого иммигранта без документов обнаружили в свернутом ковре, который находился в машине.»

6000 евро за нелегальный переход границы

Дорога от Стамбула до одной из стран Шенгенского союза обойдется нелегальному иммигранту примерно в 6000 евро. Именно столько берут преступные группировки, бизнес которых заключается в незаконном переводе нелегалов через границы Европы. По информации европейского пограничного агентства FRONTEX на 33 процента по сравнению с прошлым годом увеличилось количество попыток нелегального перехода хорватских границ. Хорватские пограничники в 2013-м году задержали 600 килограмм наркотиков, а также констатировали значительное увеличение попыток перевоза угнанных в Европе автомашин через границы Республики.

Для усиления охраны самой протяженной границы Европы Хорватия привлекла десятки миллионов евро из специальных фондов ЕЭС, которые предназначены для улучшения пограничной инфраструктуры, модернизации оснащения и обучения пограничников. В настоящее время хорватскую границу в районе Боснии, Сербии и Черногории охраняют 6000 полицейских, однако в ближайшее время их число будет увеличено еще на 300 человек.

Самый сложный для охраны участок границы – это труднодоступная полоса, состоящая из лесов, гор и рек, протянувшаяся на 1011 км между Хорватией и Черногорией.

Однако нелегальные иммигранты выбирают для перехода границы не только безлюдные труднодоступные участки границы, но и непосредственно сами пограничные переходы. Так, на полицейской станции в южно-хорватском городке Метковиче, часть которого находится также в Боснии, пограничники 24 часа в сутки всеми доступными способами, в том числе, с помощью тепловизоров и электронной техники,   отслеживают шесть наиболее уязвимых для нелегального перехода участков границы. Дело в том, что нарушителям здесь достаточно лишь пробраться в Хорватию из Боснии, чтобы затеряться в городе, разделенном границей. В настоящее время начала применяться практика совместного патрулирования границы пограничниками Хорватии и Боснии.

Также напряженная ситуация по охране границы складывается и на переходе Клек-Нойм, который находится на адриатическом побережье Хорватии. Здесь границу Хорватии и Боснии пересекают более восьми миллионов  человек, в подавляющем большинстве, туристы. Понятно, что даже самая современная техника по охране границы не справится с таким людским потоком.

И тогда надежда только на обученных и профессиональных пограничников, которые в отличии от камер, равнодушно фиксирующих очередное нарушение границы, могут по малейшим признакам волнения иностранца, предъявляющего поддельный паспорт Европы, определить в нем нарушителя границы.

“И вновь по шпалам, опять по шпалам”

Тепловизоры на службе

Ночь темна

В ночное

Красивое свечение

Все нелегалы ночью серы. Иногда они возвращаются

Пограничный пёс Алый

По материалам E15.cz
Использованы фотографии Антонио Бронич

На границе с Восточной Германией - на транспаранте написано "ГДР - бастион мира в Германии"

До сих пор совершенно не представляю как и, самое главное, зачем будет развиваться этот сайт, но вот сегодня, в славное воскресное утро я вдруг понял, что здесь должен быть раздел “Пограничные переходы Европы”. Сделать это я решил по двум причинам: во-первых, при описании паспортов Европы я часто называю названия пограничных пунктов, через которые проезжали владельцы документов из моей коллекции, после чего в их паспортах появлялись отметки пограничной стражи. Во-вторых, после того, как почти все страны Европы вступили в Шенгенский союз, границ у нас почти не осталось, поэтому пограничные пункты уже ушли в прошлое, и пройдет немного времени, когда их просто невозможно будет найти. А ведь когда-то границы в Европе были не только географическими, но и политическими, границы разделяли судьбы людей, невозможность преодолеть границу между странами для многих иммигрантов означало верную смерть.

Около девяти часов арестованных стали вызывать одного за другим.  Керна провели в комнату, где находились двое  полицейских,  писарь  в  штатском, офицер и пожилой обер-комиссар полиции. Обер-комиссар сидел  в  деревянном кресле и курил сигарету.
– Заполните анкету, – сказал он человеку за столом.
Писарь был тощий прыщавый человек, похожий на селедку.
– Имя? – бросил он неожиданно звучным голосом.
– Людвиг Керн.
– Время и место рождения?
– 30 ноября 1914 года, Дрезден.
– Значит, немецкий подданный?
– Нет. Подданства не имею. Лишен гражданства.
Обер-комиссар поднял голову.
– Это в двадцать один-то год? Что же вы натворили?
– Ничего. Мой  отец  был  лишен  гражданства.  А  так  как  я  был  еще несовершеннолетним, то лишили и меня.
– А по какой причине лишили вашего отца?
Керн минуту помолчал. Год эмиграции научил его в разговоре  с  властями взвешивать каждое слово.
–  На  него  сделали   ложный   донос   и   обвинили   в   политической неблагонадежности, – наконец сказал он.
– Еврей? – спросил писарь.
– По отцу. По матери – нет.
– Так, так…
Обер-комиссар стряхнул сигаретный пепел на пол.
– Почему вы не остались в Германии?
– У нас отобрали паспорта и  выслали.  Если  бы  мы  остались,  нас  бы посадили за решетку. Ну, а если уж тюрьма, то лучше сидеть в  какой-нибудь другой стране, не в Германии.
Обер-комиссар сухо засмеялся.
– Понятно. Как же вы перешли границу без паспорта?
– На чешской границе достаточно было в то время иметь простую справку о прописке, если речь шла о небольшой группе людей. А она у нас еще была.  С ней можно было остаться в Чехословакии в течение трех дней.
– А потом?
– Мы получили разрешение на три месяца. Потом мы должны были уехать.
– Сколько времени вы уже находитесь в Австрии?
– Три месяца.
– Почему вы не отметились в полиции?
– Меня тогда сразу бы выслали.
– Так, так. – Обер-комиссар похлопал ладонью по ручке кресла. –  Откуда вам это так хорошо известно?
Керн не сказал, что когда он  и  его  родители  в  первый  раз  перешли австрийскую границу, они сразу заявили об этом в  полицию.  Их  вытолкнули через границу в тот же день. Когда они вернулись снова, они уже больше  об
этом не заявляли.
– А что, разве это не правда? – спросил он.
– Здесь не вы спрашиваете! Здесь вы обязаны только  отвечать,  –  грубо сказал писарь.
– Где сейчас ваши родители? – спросил обер-комиссар.
– Мать – в Венгрии. Она получила там вид на  жительство,  так  как  она венгерка. Мой отец был арестован и выслан, когда меня не было в отеле. И я не знаю, где он находится.
– Кто вы по специальности?
– Я был студентом.
– На что вы жили?
– У меня есть немного денег.
– Сколько?
– С собой у меня двенадцать шиллингов. Остальные лежат у знакомых. У Керна не было денег, кроме этих двенадцати шиллингов. Он заработал их торговлей мылом, духами и туалетной водой. Но если бы он сознался в  этом, его бы наказали и за торговлю,  которой  он  занимался,  не  имея  на  нее разрешения.
Обер-комиссар поднялся и зевнул.
– Ну, так… Больше нет никого?
– Внизу еще один, – ответил писарь.
– Наверное, та же картина. Много крику и мало толку. – Комиссар  бросил косой взгляд на офицера. – Это все  люди,  которые  нелегально  въехали  в страну. На коммунистических заговорщиков не похожи, правда? Кто донес?
– Кто-то, у кого такая же каморка. Только с клопами, – сказал писарь. – По всей вероятности, из зависти.
Обер-комиссар засмеялся. Затем он заметил, что Керн все еще находится в комнате.
– Уведите его вниз! Вы, конечно, знаете, что вас ожидает:  четырнадцать суток ареста, а затем высылка. – Он зевнул еще раз. – Ну,  я  пойду,  съем гуляш и выпью кружку пива.

Ремарк, “Возлюби ближнего своего”

Владимир Высоцкий – Песня о нейтральной полосе

РЕДАКТИРУЕТСЯ